Ты узнаешь его в момент -
боковое зрение выделит, выдернет из толпы.
Ты процедишь сквозь зубы:
тебе-то уже не пристало считать столбы,
и пускай другие себе разбивают лбы -
хватит всех этих тонких эльфов, наследных принцев,
хватит этих холодных рук, голубых кровей, -
эй, расслабься, сиди спокойно, дыши ровней;
он красив настолько, что лучше глазам не верь,
он красив настолько,
что хочется отодвинуться.
Но потом себе скажешь:
я ведь душу не продаю,
ничего не теряю, была не была, твою
же налево, - ведь жизнь короткая, он - так юн,
взгляд такой голубой и чистый,
пряди светлые, не запястья - речной тростник;
сразу видно - не нюхал пороху, в переулке не знал резни
и любовью большой не бит.
Что случится со мной? Вот с ним
может всё случиться.
И тогда ты спокойно бросишь весь арсенал -
что умеешь, и чем владеешь, и в чём сильна, -
всё на то, чтобы рухнула мраморная стена
и сдалась охрана.
Там, куда он идёт, будешь ты - ненавязчива, весела
и случайна;
начнёшь для него писать, не вставая часами из-за стола;
он тебя позовёт куда-то -
ты скажешь: моя взяла,
всё идёт по плану.
Ты расспросишь о нём знакомых, насколько позволит такт,
с осторожностью, достойной применения на других фронтах -
например, в разведке.
Бить тяжёлыми ядрами малых птах
не пристало, - но ты не станешь жалеть обоймы.
Но, когда на входе в удушливый кинозал
он положит ладони на плечи и заглянет тебе в глаза, -
ты почувствуешь, как в позвоночник втыкает молнию
неведомая гроза
и поймёшь, кто из вас был пойман.
Мы вернулись с Пустых Холмов. Было здорово, экстримально здорово, нам понравилось.
Мало удалось посетить, просто потому что мало что было + большие труднопроходимые расстояния. Фест длился 2 дня, в основном мы зависли на театральной сцене, там было суше и организованней. Несколько коллективов оказались для меня открытием. Это, конечно, Свабодны тэатр (Брест) - очень жаль, что мы попали только на вторую часть спектакля. Они поражают. Надеюсь в сети есть их спектакли.
ODDDance - театр буто. Это вообще для меня ново. Поразительно.
Творческий проект «МV_art» (Петрозаводск) - нет слов! Молодцы с большой буквы!
Ещё мы побывали на концерте Умки. Мне понравилось, она жизнерадостная (хотя и немного с грустцой).
Прекрасны были картины девочки, которая ехала с нами. Одна понравилась мне больше всего, и я бы её купила...
Жалко, не дошли до фаэршоу, успели лишь на заключительные выступления и сожжение пианино :-)
Из огромных планов на мастер-классы, удалось посетить только тренинг по Контактной импровизации.
Попробовала имбирный напиток. В этом что-то есть)
В следующий раз будет лучше!
Утром в автобусе встретилась со своим бывшим. Уже мужчина. Узнала в профиль - и крошки в сердце. Такой родной...
И сразу вопрос себе - ка так получилось, что мы расстались?
Спустя время многое понимаешь и многое становится на свои места. Это такие простые слова, часто родители пытаются сказать нам это, потому что у них это время прошло, а у нас нет, они видят, пытаются, но этого не поймешь, пока НЕ ПОЙМЕШЬ. И не пройдешь.
Мы были вместе три года. Два года любви, страсти. Всё как бывает в начале жизни - виделись каждый день, звонки, тоска в разлуке, просто лежать вместе, не хочется домой, сразу после работы...
Потом страсть утихла, чувства слежались, казалось, что их меньше или не стало вообще, всё перестало быть идеальным, и от этого казалось, что это не моё, не мой человек. Ведь разве бывает так, что
он ждёт, а тебе хочется побыть дома сегодня? Разве бывает, что он уехал на пару дней, а у тебя "Уфф, как хорошо"? Разве бывает, не хотеть секса, не смотреть больше как на чудо, ну чувсвовать дрожь в коленях когда целует? Разве может такое быть, когда любишь? :-) Сейчас эти вопросы вызывают мудрую, чуть печальную улыбку.
Мне было мало того, что он предан мне всем, что у него есть, что он ловко ладит с моими родными, и просто уже свой для всех моих близких, а я для его, что ему больно, когда мне больно, что он улыбается оттого, что я улыбаюсь, что для него важно всё, что связано со мной, что он читает глотает книги, которых я касалась, что хочет на мне жениться и родить детей...
Я ехала, смотрела на его профиль и не понимала, почему мы расстались. Как могло получиться, что все минусы оказались, нет не плюсами, а нормой. Я что, была такая незрелая и глупая в 23 года?
Хочу написать о двух фильмах, которые я посмотрела уже давно, но до сих пор они остаются в памяти. Это фильмы, которые хочется пересмотреть уже с кем-то, показать их, чтобы потом заглянуть в глаза. 
Тайности (Печаль маленького девочки)
Страна: Чехия,
Год: 2007 г.
Режиссер: Элис Неллис
В ролях: Ива Биттова, Игорь Хмела, Иван Франек, Марта Иссова, Мирослав Кробот, Сабина Ремундова, Карел Роден
У Джулии на первый взгляд успешный брак. Вместе с мужем и дочерью они перезжают в новый просторный дом. Их жизнь, в которой есть и недомолвки и собственные секреты, должна быть прекрасной. Но известие о смерти Нины Симон, любимой певицы, даёт Джулии толчок к изменениям. Пытаясь разобраться в своём прошлом и настоящем, действуя импульсивно, Джулия делает шаг к новой жизни.
Фильм, который оставляет ощущение неторопливости, солнечного утреннего города, полной жизни и хорошей музыки.
Рекомендую не всем, но девочкам и мальчикам с тонкой душевной организацией :-)
Второй фильм оставил более глубокое послевкусие. 
27 украденных поцелуев
Режиссер: Нана Джорджадзе
Композитор: Горан Брегович
Год: 2002
В ролях: Нуца Кухианидзе, Амалия Мордвинова, Евгений Сидихин, Пьер Ришар, Шако Иашвили, Зураб Кипшидзе, Баадур Цуладзе
Приезд Сибиллы всколыхнул сонную грузинскую деревушку, где время навсегда затерялось среди солнечных гор и прозрачных рек. Подружившись с местным парнем, Сибилла вскоре влюбилась в его отца, астронома Александра, интеллектуала и ловеласа. Проблема лишь в том, что Сибилле всего 14 лет, и ее не по-детски откровенные слова и поступки возмущают и шокируют обывателей.
Мы сидели за ланчем, когда моя дочь как бы между делом упомянула, что она и ее муж подумывают о том, чтобы "завести полноценную семью".
-- Мы тут проводим опрос общественного мнения, -- сказала она в шутку. -- Как думаешь, может, мне стоит обзавестись ребенком?
-- Это изменит твою жизнь, -- сказала я, стараясь ничем не выдавать своих эмоций.
-- Я знаю, -- отозвалась она. -- И в выходные не поспишь, и в отпуск толком не съездишь.
Но это было совсем не то, что я имела в виду. Я смотрела на мою дочь, пытаясь почетче сформулировать свои слова. Я хотела, чтобы она поняла то, чему ее не научат ни на каких дородовых курсах.
Мне хотелось сказать ей, что физические раны от родов заживут очень быстро, но материнство даст ей такую кровоточащую эмоциональную рану, которая никогда не затянется. Мне хотелось предупредить ее, что впредь она уже никогда не сможет читать газету без внутреннего вопроса: "А что, если бы это случилось с моим ребенком?" Что каждая авиакатастрофа, каждый пожар будет преследоавть ее. Что когда она будет смотреть на фотографии детей, умирающих с голода, она будет думать о том, что на свете нет ничего хуже смерти твоего ребенка.
Я смотрела на ее отманикюренные ноготки и стильный костюм и думала о том, что как бы изысканна она ни была, материнство опустит ее на примитивный уровень медведицы, защищающей своего медвежонка. Что встревоженный крик "Мама!" заставит ее бросить без сожаления все -- от суфле до самого лучшего хрустального бокала.
Мне казалось, что я должна предупредить ее, что сколько бы лет она не потратила на свою работу, ее карьера существенно пострадает после рождения ребенка. Она может нанять няню, но однажды она отправится на важнейшую деловую встречу, но думать она будет о сладком запахе детской головки. И ей потребуется вся ее сила воли, чтобы не сбежать домой просто ради того, чтобы выяснить, что с ее малышом все в порядке.
Я хотела, чтобы моя дочь знала, что каждодневные ерундовые проблемы уже никогда не будут для нее ерундой. Что желание пятилетнего мальчика пойти в мужской туалет в "Макдоналдсе" станет огромной дилеммой. Что там, среди гремящих подносов и вопящих детей, вопросы независимости и половой пренадлежности встанут на одну чашу весов, а страх, что там, в туалете, может оказаться насильник малолетних -- на другую.
Глядя на свою привлекательную дочь, я хотела сказать ей, что она может сбросить набранный при беременности вес, но она никогда не сможет сбросить с себя материнство и стать прежней. Что ее жизнь, такая важная для нее сейчас, уже не будет столь значимой после рождения ребенка. Что она забудет про себя в тот момент, когда надо будет спасти ее отпрыска, и что она научится надеятся на осуществление -- о нет! не своей мечты! -- мечты своих детей.
Я хотела, чтобы она знала, что шрам от кесарева сечения или растяжки будут для нее знаками чести. Что ее отношения с ее мужем изменятся и совсем не так, как она думает. Мне бы хотелось, чтобы она поняла, как сильно можно любить мужчину, который осторожно посыпает присыпкой твоего ребенка и который никогда не отказыается поиграть с ним.
Думаю, она узнает, что такое влюбиться заново по причине, которая сейчас покажется ей совсем неромантической. Я хотела, чтобы моя дочь могла почувствовать ту связь между всеми женщинами земли, которые пытались остановить войны, преступления и вождение в пьяном виде.
Я хотела описать моей дочери чувство восторга, которое переполняет мать, когда она видит, как ее ребенок учится ездить на велосипеде. Я хотела запечатлеть для нее смех малыша, впервые дотрагивающегося до мягкой шерстки щенка или котенка. Я хотела, чтобы она почувствовала радость настолько животрепещущую, что она может причинять боль.
Удивленный взгляд моей дочери дал мне понять, что у меня на глаза навернулись слезы.
-- Ты никогда не пожалеешь об этом, -- сказала я наконец. Потом я дотянулась через стол до нее, сжала ее руку и мысленно помолилась за нее, за себя и за всех смертных женщин, кто посвящает себя этому самому чудесному из призваний.
(c)
На платане на краю леса сова продавала письма.
У нее были странные письма, радостные письма, нежные письма, ехидные письма, письма, которые нельзя было отличить от ливня, грозы или лютика, письма, которые шипели, письма с усиками и чешуей, острые письма, которыми можно было разрезать торт, рычащие письма, письма, которые можно было использовать вместо двери, письма, которые цвели, а потом увядали, и еще много разных писем.
Но покупатели приходили к ней очень редко, и иногда сова продавала только половину письма в день или вообще маленький кусочек.
Тогда она спрашивала:
— Желаете кусочек с «Дорогой» или кусочек «До скорой встречи»?
Потом она клювом отрезала кусок от письма и продавала его.
Часто за день к ней никто так и не заходил. Тогда она складывала маленькие стопки из «Как у тебя дела?» и «У меня все хорошо», потому что их можно было продать зверям, которые торопились. Или же она писала длинные серьезные письма без адресатов и складывала их в ящик стола. Эти письма она не продавала, она перечитывала их сама, когда наступала зима и платан был весь завален снегом.
Неподвижно застыв и закрыв глаза, она часами раздумывала над каждым словом, которое писала.
«Если я буду писать вещи, о которых я на самом деле думаю, — думала она, — тогда я должна буду написать вещи…»
Но она не знала, что ей тогда надо было бы писать. «Потому что о чем я думаю?» — думала она. И никогда этого не знала.
Часто она засыпала с глубокими морщинами на лбу.
Над кроватью у нее висела строчка из письма, которое она когда-то давно нашла в лесу. Эту строчку она перечитывала каждое утро, когда просыпалась. И каждое утро ей было интересно, что же там написано.
А написано было маленькими кривыми буквами:
У меня все довольно хорошо.
Прочитав это предложение, сова кивала и на минуту закрывала глаза. К собственному удивлению, она почти всегда соглашалась с этими словами.
Тоон Теллеген. «Письма только для своих»
Последнее время меня пугают горы. Постоянно сообщения о лавинах и погибших людях.
Кстати, выезжаем в Домбай в субботу утром. :-)
16 марта, примерно в 11.00 на соревнованиях по фрирайду «Elbrus Open 2009», сошла огромная лавина. Одного человека засыпало, найти до сих пор не удалось.
Вот, что пишет Иван Малахов, который смог уцелеть в этой лавине:
Трагедией закончился финал соревнований по фрирайду «Elbrus Open 2009». Местом старта организаторы выбрали удаленный от всех трасс склон на пути от станции Мир в ущелье Гара Баши. Трасса представлял собой достаточно пологий и внешне простой склон, находящийся как бы в чаше, грубо говоря большой овраг. Следов спуска после снегопада не было, только траверсы по краю – организаторы резали карниз. Первыми должны были стартовать девочки, но по каким то причинам, я попросил первым дать стартовать мне. Линия спуска довольно радикальная, прыжок с большой скалы сразу от старта и дальше по прямой. Сразу после приземления передо мной стал трескаться склон и вздуваться, я стал обходить лавину, пытаться ее обогнать.
( Read more... )
Завтра сестра узнает, всё ли в порядке. Похоже я переживаю больше неё.
И думаю: почему когда со мной случилась беда, никто не обнял меня, не прижал и не посочувствовал?
Я произвожу впечатление стойкого оловянного солдатика?
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
juzz
